“РАССКАЗЫВАЕМ О ЛУЧШИХ ПЕРЕВОДЧИКАХ ОТРАСЛИ

Валерий Афанасьев

Валерий Афанасьев хорошо известен в переводческом сообществе не только как опытный и компетентный нефтегазовый переводчик, но также как редактор и активный участник обсуждений злободневных вопросов на переводческих форумах. Мы встретились с Валерием в то время, когда он готовился к очередной командировке. И хотя времени было мало, он все же согласился дать нам интервью.”




PT (Petrotran): - Валерий, скажите, как часто приходится ездить в командировки и надолго ли? И в целом, расскажите, пожалуйста, о специфике работы такого востребованного нефтегазового переводчика, как Вы.

ВА (Валерий Афанасьев): - В свою первую командировку именно в качестве переводчика, сопровождавшего группу специалистов, я отправился в 1999 году. Та командировка длилась всего одну неделю, но впоследствии приходилось задерживаться на объектах и до трёх месяцев.

Количество выездов постепенно росло и достигло своего пика в 2004-2008 годы, когда приходилось буквально жить в самолёте. Ещё одна волна командировок пришлась на выезды в Республику Казахстан в 2010-2013 гг.

Сейчас выездов в «поле» стало меньше, но я по-прежнему стараюсь по возможности бывать на производственных объектах, «трогать железо руками», так как считаю такие поездки абсолютно необходимыми для поддержания и развития профессионального уровня любого специалиста вообще, а переводчика в особенности.

Когда металлургам не хватает своих ресурсов, они зовут на помощь  нефтегазовых переводчиков

PT: - Вы ведь работаете как фрилансер. Многих начинающих переводчиков, особенно в технической области, будет интересовать, как добиться такой популярности у заказчиков и достаточного объема работы, особенно сейчас, при очевидном спаде экономики? Наверное, для этого Вам пришлось пройти большой профессиональный путь?

ВА: - Чтобы чего-то добиться, надо много работать над собой, развивать и совершенствовать свой профессиональный уровень. Много и постоянно учиться. Вот и весь секрет.

Мой путь в нефтегазовой отрасли начался в 2002 году, когда мне позвонили из кадрового агентства, с которым я уже раньше сотрудничал, и предложили работу в «нефтяной компании». О добыче нефти в то время я не знал ровным счётом ничего, о чём и сказал кадровикам. Но мне ответили, что «там научат».

Это оказалась компания «Шлюмберже», работа в которой, сначала в московском офисе, а потом и на месторождениях, дала мне бесценный опыт и понимание того, что такое углеводороды и как их добывают, как бурят и осваивают скважины и что такое вообще есть нефтяное или газовое месторождение.

Затем была работа в компаниях ТНК-ВР, «РуссНефть», Vostok Energy, на других проектах. Западная Сибирь, Поволжье, Удмуртия, Казахстан… Морозы и метели зимой, жара и комары летом. Перелёты с буровой на переговоры топ-менеджмента в столицах разных держав и снова на месторождение… Было трудно, было интересно, было здорово.

В 2007 году я, уже будучи достаточно опытным переводчиком, понял, что мне для понимания отрасли не хватает глубоких системных знаний, и поступил на курс профессиональной переквалификации в Российском университете нефти и газа имени И.М. Губкина, что оказалось неоценимым подспорьем в понимании таких дисциплин, как сейсморазведка, геофизические исследования скважин, подземная гидродинамика и устройство буровых установок.

Ну и неплохой строкой в резюме, что греха таить.

“ПЕРЕВОДЧИК ДОЛЖЕН БЫТЬ МАКСИМАЛЬНО НЕЗАМЕТНЫМ, НО ВСЕГДА ГОТОВЫМ ПОМОЧЬ В ОБЩЕНИИ СВОИМ ПОДОПЕЧНЫМ”

PT: - Как Вы оцениваете текущую потребность нефтегазовой отрасли в переводах и востребованность переводчиков в отрасли?

ВА: - В настоящее время по множеству причин спрос на переводы для нефтегазовой отрасли, по крайней мере, для традиционных добывающих проектов резко снизился. >

Я думаю, что массовый спрос на переводчиков, характерный для времён «жирных нулевых», когда в нефтяных и сервисных компаниях работали сотни переводчиков, а отрасль требовала ещё и ещё, уже вряд ли вернётся. В проектах по добыче нефти и газа спрос на переводы и услуги переводчиков стал «точечным».

Более актуальными в части лингвистической поддержки стали такие направления, как нефтепереработка и нефтехимия, финансово-экономический анализ рынка углеводородов, нормативно-правовая база отрасли.

Должен при этом заметить, что технический переводчик, уверенно владеющий такими более универсальными тематиками, как трубопроводы, запорно-регулирующая арматура, контрольно-измерительные приборы и автоматика, насосно-компрессорное оборудование, двигатели, электронное и электротехническое оборудование, средства и методы контроля и диагностики, отраслевое программное обеспечение, в любой случае без работы не останется.

“АБСОЛЮТНОЙ НЕОБХОДИМОСТЬЮ ДЛЯ ПЕРЕВОДЧИКА ЯВЛЯЕТСЯ СОВЕРШЕННОЕ ВЛАДЕНИЕ РОДНЫМ ЯЗЫКОМ”

PT: - Сейчас время изменилось. Многих молодых переводчиков, возможно, испугает перспектива потратить годы своей жизни для того, чтобы стать настоящим профессионалом в какой-то одной отрасли. Существуют ли сегодня, по Вашему мнению, более короткие и эффективные способы профессионального развития?

ВА: - Годы придётся потратить в любом случае, поскольку волшебных таблеток – съел и стал высококлассным специалистом – ещё не изобрели. Это касается профессионалов в любой области. Ведь квалификация - это не только знания из книжек, но и навык практической работы. Любой лётчик скажет вам, что научиться пилотировать самолёт можно только в реальном полёте, компьютерных авиа-симуляторов недостаточно. В равной мере это относится и к переводчикам.

Мне не известен иной метод быстрого становления переводчика как настоящего профессионала в своей области переводов, чем интенсивная практическая работа плечом к плечу с другими специалистами проекта или предприятия, на заводе, в цехе, в офисе компании, на месторождении, и так далее. Когда специалисты могут пояснить переводчику, почему тот или иной термин необходимо переводить именно так, а не иначе, даже несмотря на кажущееся очевидным или приведённое в словаре значение.

Но и эти пояснения пропадут втуне, если у переводчика отсутствует необходимая базовая подготовка по специальности.

Для переводчиков в нефтегазовой отрасли – это, как минимум, основы физики и химии. Хотя бы в объёме курса средней школы. Без владения такими основами в техническом переводе делать нечего.

Недаром говорят, что для человека, не знающего физику, мир всегда будет полон чудес. К переводчикам эта грустная шутка относится в первую очередь.

Когда металлургам не хватает своих ресурсов, они зовут на помощь  нефтегазовых переводчиков

PT: - Мы знаем, что очень многие переводчики работают по разным направлениям и темам, не имея отраслевой специализации. При подготовке к устному переводу мероприятия они читают материалы презентации и учат терминологию. Достаточно ли этого, чтобы быть успешным переводчиком?

ВА: - Из командировки в Африку я привёз серого попугая жако. Эта весьма уверенная в себе птица может довольно долго, минут пять, не меньше, создавать иллюзию осмысленного разговора: она говорит человеческим голосом, иногда практически без акцента, некоторые короткие фразы даже умеет строить сама… Но потом всё равно срывается на свой птичий свист и крики.

Заучивание терминов без понимания, что они означают и как употребляются в том или ином контексте без того, чтобы эти термины буквально въелись в подкорку – сродни заучиванию букв. Бессмысленно и очень ненадолго. Слово по буквам прочитать можно. Понять, что получившееся слово означает - уже нельзя. Как-то так. Отсутствие базовой подготовки по теме перевода может пройти незамеченным один - два раза, не больше. Не позднее, чем на третий раз заказчик будет искать разбирающегося в тематике переводчика.

“В ПРОЕКТАХ ПО ДОБЫЧЕ НЕФТИ И ГАЗА СПРОС НА ПЕРЕВОДЫ И УСЛУГИ ПЕРЕВОДЧИКОВ СТАЛ «ТОЧЕЧНЫМ”

PT: - С отраслевой подготовкой и специальной терминологией, которые необходимы переводчику, все понятно. Однако профессионализм состоит не только из этого. Какова специфика поведения переводчика в процессе его работы? То есть, как он должен быть одет, какое место занимать при проведении совещания, наконец, как реагировать и вести себя в нестандартных ситуациях, например, в случае развития конфликта?

ВА: - Профессионализм - это вообще довольно широкое понятие, включающее в себя множество компетенций и навыков. В том числе и знаний и навыков, может быть, собственно к переводу относящихся лишь косвенно, но всё равно неотъемлемых от работы переводчика в целом.

Переводчик должен обеспечивать эффективную коммуникацию людей, не владеющих иностранными языками. То есть, своим присутствием на переговорах или на производственном объекте помогать обсуждению и решению различных вопросов, а не создавать препятствий для работы международной группы.

Разумеется, в число таких компетенций входит и понимание делового этикета (включая «дресс-код»), знание правил техники безопасности при работе на производстве, использование средств индивидуальной защиты, соблюдение внутренних правил и регламентов заказчика и оператора объекта.

К примеру, находиться на буровой или на территории НПЗ без каски - это ещё хуже, чем прийти на переговоры руководителей крупных компаний в костюме и белых кроссовках.

Переводчик должен быть максимально незаметным, но всегда быть готовым помочь в общении своим подопечным. И помнить, что в общении двух сторон он лишь помощник, незаметный и эффективный. А не «звезда сцены».

Сдержанность, дипломатичность, умение вести себя в самых разных ситуациях являются столь же неотъемлемыми компонентами профессионализма переводчика, как и владение родным и иностранным языком и знание предмета перевода.

Когда металлургам не хватает своих ресурсов, они зовут на помощь  нефтегазовых переводчиков

PT: - В одной из Ваших последних статей есть такое утверждение: «Одним из ключевых показателей качества перевода является неукоснительное соблюдение требований заказчика по переводу терминов». Означает ли это, что заказчик всегда прав, и были ли в Вашей практике случаи, когда заказчик не прав? Если так, что делать переводчику в такой ситуации?

ВА: - Я всегда говорил и повторю ещё раз: заказчик всегда прав. Даже если что-то не так с терминологией. Даже если он просит вас перевести “very well” как “очень скважина”. Просто потому, что заказчику виднее, он, заказчик, может знать что-то, что неизвестно переводчику.

Тем не менее, ситуации, когда переводчик лучше разбирается в предмете перевода, чем его коллеги в офисе заказчика, или видит явные ошибки (а ошибки бывают у всех), не столь уж и редки.

Как поступить переводчику? Прежде всего, ему необходимо ещё раз убедиться в том, что прав именно переводчик, а не автор исходного текста. Если необходимо – проверить себя, например, поиском релевантных ссылок в интернете.

И постараться оперативно связаться с заказчиком, обсудить этот термин или фрагмент текста. Если оперативной связи с заказчиком нет, то отметить в сопроводительном письме, что на странице такой-то, в абзаце таком-то исходного текста, допущена ошибка, противоречащая законам физики, и что переводчик в переводе исправил эту ошибку.

В неявных же случаях я настоятельно рекомендую обсуждать сомнительные места в тексте и сомнительную терминологию с заказчиком до, а не после сдачи готового перевода.

“ОТСУТСТВИЕ БАЗОВОЙ ПОДГОТОВКИ ПО ТЕМЕ ПЕРЕВОДА МОЖЕТ ПРОЙТИ НЕЗАМЕЧЕННЫМ ОДИН - ДВА РАЗА, НЕ БОЛЬШЕ”

PT: - Если говорить в общем о переводе в нефтегазовой отрасли, какие тенденции Вы бы отметили, как опытный и профессиональный нефтегазовый переводчик? То есть качество перевода в нефтегазовой отрасли становится лучше или деградирует? И чем это вызвано?

ВА: - Я бы не сказал, что качество отраслевого перевода как-то уж драматически деградирует. Разумеется, случаются досадные или забавные ошибки, по неопытности или по небрежности.

Но те переводы коллег, которые вижу я, в основном выполнены с более или менее приемлемым качеством. Замечу, грамотных и компетентных коллег, с многолетним опытом работы в отрасли.

Проблемы начинаются тогда, когда заказчики в целях экономии начинают привлекать к переводам сложных и ответственных материалов или совещаний начинающих, не очень опытных или недостаточно ответственных переводчиков. Собственно, в любой профессии это так.

В моей практике был забавный случай. Знакомая переводчица, англичанка, кстати, отлично владеющая русским языком, но, увы, не знавшая тогда о нефтегазовой отрасли решительно ничего, кроме цены на бензин на ближайшей к её дому заправке, была вынуждена переводить какой-то документ по обустройству месторождения, и ей встретился термин “блок-гребёнка”. Спросить, что это такое было не у кого, и она перевела термин как “block comb”. Курьёз, конечно, но мы в переписке до сих пор иногда шутим на эту тему.

“ПРОБЛЕМЫ НАЧИНАЮТСЯ ТОГДА, КОГДА ЗАКАЗЧИКИ В ЦЕЛЯХ ЭКОНОМИИ НАЧИНАЮТ ПРИВЛЕКАТЬ К ПЕРЕВОДАМ СЛОЖНЫХ И ОТВЕТСТВЕННЫХ МАТЕРИАЛОВ НЕ ОЧЕНЬ ОПЫТНЫХ ИЛИ НЕДОСТАТОЧНО ОТВЕТСТВЕННЫХ ПЕРЕВОДЧИКОВ”

PT: - Если бы Вас завтра назначили министром образования, какие изменения Вы бы сделали в области подготовки переводчиков?

ВА: - Даже если бы меня не назначили министром… Я вспоминаю свою учёбу в Военном Краснознамённом институте (ВИИЯ), где курсантам помимо интенсивной лингвистической подготовки, давали ещё и очень солидную военную и военно-техническую подготовку. Это потом пригодилось, да что там, до сих пор необходимо в жизни. >

Языкознание – это важно. Речевая практика, занятия по грамматике и синтаксису изучаемых языков – крайне важно.

Но важнее всего – именно занятия по практическому переводу. Мне кажется, что уже на третьем году обучения в вузе будущий переводчик должен определиться с тем, текстам какой направленности: общественно-политической, юридической, технической и так далее, он намерен посвятить свою переводческую карьеру. И в дополнение к занятиям по иностранным языкам старательно изучать соответствующую матчасть, как российскую, так и стран изучаемого языка. Не говоря уже про историю и культурные традиции таких стран и народов.

И ещё. Абсолютной необходимостью для переводчика является совершенное владение родным языком. Человек, пишущий и говорящий на родном языке с ошибками, не должен называть себя переводчиком и пытаться работать переводчиком.

PT: - Считаете ли Вы правильным внедрение более глубокой отраслевой подготовки переводчиков в вузах с прохождением практики в переводческих компаниях, работающих на нефтегазовых проектах, а также на месторождениях нефтегазовых компаний?

ВА: - Не думаю, что есть необходимость в усложнении и приумножении уже существующих практик профессиональной подготовки и последующего трудоустройства. Сейчас студенты уже на третьем-четвёртом курсах, как правило, представляют, где они будут работать после выпуска. И сами стараются проходить практику в интересующих их компаниях.

Другое дело, если, например, нефтегазовая компания заинтересована в подготовке переводчиков для себя, для формирования собственного кадрового резерва, она вполне может обратиться в переводческий вуз и предложить студентам пройти практику на своих объектах.

“ЧТОБЫ ЧЕГО-ТО ДОБИТЬСЯ, НАДО МНОГО РАБОТАТЬ НАД СОБОЙ, РАЗВИВАТЬ И СОВЕРШЕНСТВОВАТЬ СВОЙ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ”

PT: - Сегодня за нефтегазовый перевод берутся практически все переводческие компании, а также фрилансеры. Но если почитать резюме соискателей, то у очень многих опыт работы сводится к паре недель на буровой, да еще переводу двух-трех совещаний. Что нужно сделать, чтобы нефтегазовым переводом занимались действительно профессионалы, а не все подряд?

ВА: - Повысить планку требований. Но до тех пор, пока заказчиков устраивают переводы, так скажем, “нижнего уровня качества по эконом-расценкам”, поделать с таким подходом самим переводчикам вряд ли что-то можно.

PT: - Традиционный вопрос к Вам, как к профессионалу в своем деле. Что бы Вы могли пожелать переводчикам, которые только вступают на путь профессионального развития?

ВА: - Трудолюбия, упорства, постоянного стремления к изучению нового. И, конечно же, удачи.

PT: - Валерий, большое спасибо за уделенное время и Ваши ответы. Желаем Вам успехов и удачной командировки.